Карлики в Лилипутии: европейский дневник в блоге путешественника Алексей Смирнов

Карлики в Лилипутии: европейский дневник

Алексей Смирнов аватар

16 Эдинбург

Перед самым отъездом в Эдинбург случилось несчастье: мы потеряли магнитный ключ от номера. Один из двух. У меня потемнело в глазах. Я вообразил себе штраф и тюремное заключение. Но ресепшеном правила русская мисс, неведомо откуда взявшаяся среди местных валькирий – именно валькирий, хотя этнос как будто другой; страшные, демонические девы; вообще, как в Германии с Бельгией, так и здесь, женщины попадались все больше жуткие; в этом смысле у нас дома куда как лучше. Русская мисс улыбнулась и сказала: ничего страшного! оставьте себе и второй! А мы-то еще подумывали украсть полотенце. Хорошо, что я отказался от этого намерения. Очень некрасиво. Отель в Эвиморе выдался надутый, но милый отель – не столовая, а рыцарский зал с ритуалом: выбираешь себе первое и третье, сидишь и ждешь; первое и третье приносят, а за вторым отправляешься сам, и пищевая церемония растягивается на час. Кроме того, оказалось, что в Шотландии водятся собственные незалежные банкноты. В Европе их принимают неуверенно; в любезном Отечестве почему-то не берут вовсе, а потребовать на сдачу английские – это получится смертельная обида.
Еще у нас в номере лежала какая-то странная Библия, напоминавшая о призраках. Кто-то ее изгрыз и исцарапал, ровно сверху, как будто надрезал скальпелем много-много раз. И последнее: я энергично овладевал местными разговорными правилами – уже никаких хеллоу, ни разу хау-ду-ю-ду. Хай, диа! – за этим следовал любезный искательный оскал. Я произнес это единожды, и дочка пришла в неистовство, ибо голос мой сделался несколько визглив и стихиен. Я пообещал, что это только начало.
И самое последнее: в этих отелях почему-то имеют нахальство путать русские фамилии с именами. Погонщица жаловалась, что однажды ей выдали номерные ключи с ярлыками «Елена», «Людмила», и снова «Елена», и так двадцать раз. Впрочем, их можно понять. Если взять какую-нибудь Юго-Восточную Азию с человеком по имени Крабрабарак Пхапаратаракан, то тоже не сразу поймешь, где у него что.
Наконец, мы поехали в Эдинбург.
Фотограф был в ударе, оставаясь на деревне первым парнем. На сей раз он припас вот какие шутки: русо туристо, обликом орале, цигель-цигель, михаил светлов и айлюлю.
…Эдинбург нас впечатлил. Со стены замка ребенку открылся великолепный вид на магазин Next.
В Эдинбурге много чего сохранилось. Правда, зимой и вообще не летом он должен производить гнетущее впечатление. Погонщица призналась, что солнце, которое преследовало нас с начала путешествия, здесь выглядит чем-то небывалым, и нам удивительно повезло. Действительно, воцарилось настоящее пекло. Принцесс-стрит – улица магазинов, и вот на ней-то, как легко догадаться, потому что где же еще, мне напекло башку с неимоверной силой. У дочуры сформировалось намерение впредь, то есть всегда и везде, отовариваться только в этом замечательном городе. С профессией решено. Она будет покупательницей в Эдинбурге.
В отеле разыгралась достойнейшая комедия положений: я вступил в поединок с местным интернетом.
Он не работал, и я вызвал специалиста. Пришел работник в жилетке, нашел шнур, опрокинул апельсиновый сок. У служителя был блуждающий взгляд и такая же таинственная улыбка, прорезанная в кудлатой голове. От программы Windows, когда подключения не последовало, служитель шарахнулся, как от черта. Пролитый сок и наша грамотность в смысле удобств произвели на служителя неизгладимое впечатление. Я уже гремел двумя монетками, каждая достоинством в фунт, чтобы дать ему на чай, но он не дождался и убежал.
Интернет-Сервис назывался «Ибахум» – подходящее название, как отметила дочка. Я снял телефонную трубку и начал переговоры с шотландским оператором по имени Моника. Я до сих пор поражаюсь ее бесконечному терпению. Она пыталась уразуметь, откуда я говорю; я многое объяснил и, соответственно, затруднил, назвал диагноз: дескать, я из России, а улицы, на которой находится отель, не знаю, потому что нас поначалу привезли в другой отель, но там вышла ошибка, и мы теперь в этом, а я не посмотрел адрес. «Ноу проблем, сэр. Ноу проблем, сэр», - успокаивала меня Моника. Не прошло получаса, как она справилась со своей невыполнимой миссией; все заработало, и я в изумлении таращился на трубку, с безнадежными нотками продолжавшую посвящать меня в рыцари и называть сэром.
…Гостиничный служитель запомнил нас. Он постоянно болтался на первом этаже со своей глуповатой улыбкой, был немножечко не в себе и подчеркнуто уклонялся от встреч.